13 декабря 2014 года

-01.7


-01.10

 

 

Вам нравится наш новый сайт?

Нет, не нравится
Глаза бы мои этот сайт не видели
Да, очень
Да, но есть недостатки

О Таткало В.М.(очерк Богатова В.А.)

"Живи  и действуй  так, будто от каждого  твоего поступка зависит судьба мироздания". 
Эммануил Кант, философ.   1724 - 1804 г.г.

Капитан 1 ранга Таткало Валерий Михайлович,
13.06.1939 г – 08.05.2004 г.

01.04.05(2-й отд.).02 1984-92 Таткало

  1. Курсант Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища подводного плавания (ВВМИУ ПП): 1956 – октябрь 1961 г.

  2. Командир группы автоматики и телемеханики атомной подводной лодки (ПЛА) проекта 675, «К-189»: 1961 –1966 г.

  3. Командира электротехнического дивизиона (ЭТД) боевой части 5 (БЧ-5)  ПЛА проекта 675, «К-116»: 1966 – 1969 г.

  4. Командиром БЧ-5 крейсерской ПЛА с баллистическими ракетами проекта 667А, «К-389»: 1969 - 1977

  5. Преподаватель в/ч 45707: 18.01.77 г. - 31.01.80 г.

  6. Старший преподаватель: 01.02.80 г. – 19.02.85 г.

  7. Начальник кафедры №2 (20.02.1985 – 26.03.1992 г.)

    Эта статья написана для того, чтобы со сменой поколений подводников и гидронавтов не забылись люди, много сделавшие для освоения и боевого использования атомных подводных лодок первого и второго поколений ВМФ Советского союза, а также для подготовки первых гидронавтов и экипажей АГС. Приглашаю всех, знавших Таткало Валерия Михайловича, дополнить этот статью своими воспоминаниями.

    Вот слова последнего командира Валерия Михайловича, Героя Советского Союза, контр-адмирала Холода Валентина Васильевича.

    «В.М. Таткало - офицер-подводник, один из первопроходцев запредельных глубин Мирового океана и тонкий лирик, воспевший романтику нелёгкой службы подводников, которые в боевых походах месяцами работают и живут в замкнутом пространстве прочного корпуса подводной лодки.

    Подводники относятся к той категории людей, у которых часто надежда умирает раньше. Таков их удел. Подводная тишина обманчива. В каждую секунду может обернуться напором воды, струёй сжатого воздуха, факелом огня, фейерверком короткого замыкания.

    Поэтому условиям службы подводника должен соответствовать и уровень его профессиональной подготовки.

    Валерий Таткало был настоящим профессионалом. Подводные лодки и глубоководные аппараты - это был его труд, его забота, его дело и делал он его всегда основательно и надёжно.

    Подчинённые, ученики относились к нему с уважением и любовью. А у него было чему учиться.

    Более десяти его учеников стали Героями России.

    А ещё он писал стихи о море, о подлодках, о подводниках, об однокашниках по училищу. «Пахари моря» заслужили у Валерия Михайловича наивысшую оценку.

    У людей разная ёмкость души. Это от рождения до восхождения к вершине по названию - Человек!

    Он был настоящий мужик и стихи его настоящие. Они оправдывают существование целого поколения подводников и не только их... Стихи эти о людях, благодаря труду и отваге которых атомный флот Советского Союза и России состоялся.

    В моем сознании, в моей памяти Валерий Михайлович запечатлен навсегда безупречно честным и исключительно порядочным офицером.»

    Эти точные слова Валентина Васильевича приведены в сборнике стихов В.М. Таткало, который собрали и издали его друзья-однокашники[1] уже после смерти Валерия Михайловича.

    На флоте в частях всегда были талантливые ребят, которые сочиняли стихи, читали их друзьям-товарищам и никогда их не печатали. Таткало В.М. не писал стихи регулярно, они выходили у него, что называется, по случаю. По случаю юбилея, по случаю встреч с боевыми друзьями и однокашниками, по случаю событий, сильно его взволновавшим. Я буду цитировать его стихи, поскольку в них дается изложение и точная оценка прожитого и пережитого, поскольку он сам призывал к ним обращаться, чтобы не забывать ушедших друзей.

А чем работа наша не война?
… По одному товарищи уходят,
 Как лес деревья мы теряем их.
 Но, люди, мы и дальше на походе
В себе несем товарищей своих!
 Они стихотворением прибьются,
Улыбкой и газетной полосой
И, значит, не сдаются - остаются
Назло разлучнице с косой.
Степные птицы в небе свищут что-то,
Колеблются над нами снег и зной.
И поднимает крылья самолета
Полынный, терпкий ветер над землей.
Бессмысленны такие утешенья,
Но вы, мои далекие друзья,
Не плачьте, если, сдав от напряженья,
В каком-нибудь полете рухну я.
Тогда вы нас ищите в строчках этих,
 В прохладной, яркой утренней росе.
В глотке вина, в растущих внуках, детях
В улыбках, и на взлетной полосе.

На второй кафедре, которой Валерий Михайлович руководил до увольнения в запас, четвертым тостом «заседания кафедры» шел такой: 

«За тех, кому не подают парадных трапов,
За тех, кто пашет океан!
За тех, кто не имеет волосатой лапы
В стране рабочих и крестьян».

Это тост о механиках, об офицерах электромеханической боевой части. Это тост на 100% о Валерии Михайловиче. Его всегда с блеском произносит Колганов Андрей Иванович, ветеран нашей кафедры.

Впервые о Валерии Михайловиче я услышал от своего приятеля-сослуживца Суса Геры, когда я служил еще в НИУ ВМФ. Педагогов кафедры, как опытных корабельных инженеров и офицеров, привлекали к участию в межведомственных испытаниях новой техники, в разработке корабельной документации в Проектном Бюро. Гера Сус был председателем одной из таких межведомственных комиссий, в НПО «Аврора», в работе которой принимал участие Таткало В.М. и довел до меня такую байку.

Идет капитан 1 ранга Таткало В.М. Навстречу ему идет длинный полковник. Полковник делает замечание Валерию Михайловичу:

-товарищ капитан 1 ранга! Почему вы не отдаете первым честь полковнику?! Ведь полковник выше!

-да, полковник выше, за то капитан 1 ранга - шире!

Юмор не только в том, что в табеле о рангах воинские звания «полковник» и «капитан 1 ранга» – равнозначны, а в остроумной реакции на глупость.

Через много лет я спросил «широкого» капитана 1 ранга о достоверности этой байки. Валерий Михайлович только загадочно улыбнулся.

В начале 80-х годов мне от командования НИУ ВМФ было приказание провести занятие с преподавателями второй кафедры о ведении договорной работы Заказывающих управлений с предприятиями промышленности. Видимо была цель нагрузить преподавателей еще функциями наблюдения и сопровождения за опытно-конструкторскими работами (ОКР). Законспектировав соответствующие Приказы и директивы Министра обороны и Главнокомандующего ВМФ, я прибыл в в/ч 45707 на вторую кафедру. Тогда я впервые увидел первый набор («первую волну») педагогов, в том числе и Таткало В.М. Лица у большинства был озабоченные, а у остальных даже хмурые – своих задач по горло, а тут еще ведение каких-то договоров. Зачем это им? Только лицо Валерия Михайловича выражало олимпийское спокойствие. Опыт службы, знание жизни и уверенность в своих силах позволили ему спокойно взирать на происходящее.

После перевода в в/ч 45707 мне не довелось служить с Валерием Михайловичем непосредственно в одном подразделении. Четыре года мы были просто «однополчанами» - сослуживцами одной воинской части. Наши контакты происходили на общих мероприятиях. Напомню – были еще в советские времена. Это были партийные и служебные собрания, конференции, лекции «лекторов-международников» и политзанятия. Иногда встречи происходили на спортивных площадках. На всех этих мероприятиях Валерий Михайлович был заметен. Его заметность происходила не только от могучей фигуры. Он часто публично высказывался по обсуждаемым вопросам. Его речь, произносимая плавно текущим и напевно звучащим голосом, иногда бывала острокритической, что, естественно, не нравилось критикуемым. Но поскольку она была взвешена и аргументирована, на возражения мало кто решался.

Вот такой эпизод службы с Валерием Михайловичем в одной части. Меня, старшего преподавателя кафедры №1, за год до прекращения существования КПСС, на общем собрании коммунистов в/ч 45707 избрали секретарем партийного комитета. Не мудрствовали лукаво: было 17 партийных организаций. Я был секретарем парторганизации №1. Вот с меня и начали. До этого должность «Секретарь парткома» была освобожденной, со штатной категорией «капитан 1 ранга». Когда после выступления ГКЧП КПСС прекратила свое существование, передо мной возникла проблема – куда деть деньги от партийных взносов. По ходу ослабления КПСС, все больше становилась доля собранных денег, остающихся в партийной организации и все меньше денег, перечислялось наверх. Часть денег пустили на памятные адреса и подарки нашим товарищам, увольняемым из ВМФ. Их число резко возросло в связи с многомесячными задержками выдачи денежного содержания и зарождением рыночных отношений. Часть предприимчивых офицеров, видя крушение армии и флота, поспешила поискать счастья на вольных хлебах. Ко мне подходили особо предприимчивые с предложением раздать партийную касссу каждому члену партийной организации, пропорционально их должностным окладам. Негативные последствия от реализации такого предложения трудно было просчитать, т.к. точно до копейки разделить остатки партвзносов было невозможно. Часть денежных ведомостей были секретными и меня к ним не допустили бы. И здесь выступил с идеей Валерий Михайлович, который спас меня от бесперспективного занятия. Он предложил перечислить все деньги сиротам в детские дома. Что и было сделано! Не было ни одной претензии или возражения.

Во всем чувствовался его сильный характер и воля. О характере говорит такой факт: Валерий Михайлович официально добился звания кандидата в мастера спорта по греко-римской борьбе, первого разряда по боксу (уж точно не в легком весе), по тяжелой атлетике и еще спортивных разрядов по пяти или шести видам спорта, в том числе и по шахматам.

Он не приветствовал мое назначения на его место начальника кафедры после убытия в запас и не скрывал этого. В дополнение к тому, что я был «варягом», не имевшим равного ему послужного списка, рушилась цепочка кадровых перемещений на кафедре и, соответственно, тормозился рост в воинских званиях для его офицеров. Моей вины в этом не было никакой, поскольку как Валерия Михайловича, так и меня никто на мое назначение согласия не спрашивал. Этот факт никак не сказался на наших межличностных отношениях. Они были взаимно уважительны. Как я заметил, Валерий Михайлович со всеми соблюдал этикет межличностных отношений в офицерской среде: дистанция, выдержанность, вежливость.

Как показала жизнь в последующем, цепочка перемещений, хоть и с временным лагом, все же сработала. А для меня была мотивация не ударить в грязь лицом, не опустить высоко поднятую планку предыдущим начальником.

В результате на первой же спартакиаде части после моего назначения кафедра собрала почти все спортивные кубки. Большую часть срока моего пребывания в должности начальника кафедра занимала по итогам года первое место среди других кафедр. Как эмоционально говорил тот же оратор Андрей Иванович: «Вторая кафедра всегда первая!». Моих заслуг в этом было мало. Успехи приходили от традиции сотрудников кафедры добросовестно и ответственно относиться к своим обязанностям. Эти традиции были заложены в коллективе предыдущими начальниками, в том числе и Валерием Михайловичем.

За три с половиной десятилетия существования кафедры через нее прошло и продолжает на ней трудиться по сию пору более пятидесяти человек. Люди разные и вклад в развитие кафедры, в решение возлагаемых на нее задач, каждого сотрудника, разный.

Вклад Валерия Михайловича в создание системы подготовки специалистов и экипажей еще не оценен по достоинству. Именно он, основываясь на опыте службы на ПЛА, добился внесения корректировки в модель специалиста. Первоначально эта модель была взята из космонавтики. Валерий Михайлович предложил разделить обучаемых на группы в соответствии со спецификой выполняемых обязанностей с разработкой соответствующих программ. За счет сокращения непрофильных дисциплин удалось увеличить учебное время на подготовку по специальности и операторскую подготовку. Опыт показал, что такое решение было правильным. Особое внимание Валерий Михайлович проявлял подготовке электромехаников.  

Дух флотского товарищества, который привнес Таткало В.М. на кафедру, продолжает сплачивать коллектив, по крайней мере, коллектив ветеранов.

Биографические данные.

Таткало Валерий Михайлович родился 13 июня 1939 г в Украине.

Его отец, Таткало Михаил Васильевич, воевал на фронтах Великой Отечественной войны. Под Сталинградом получил тяжелое ранение и был комиссован из армии по состоянию здоровья. До выхода на пенсию работал  директором средней школы в поселке Дробышево Донецкой области. Мама Валерия Михайловича работала воспитателем детского сада. Как прошло военное детство Валеры Таткало мне не ведомо. Однозначно - оно было трудным.

После окончания с серебряной медалью 10 классов средней школы в поселке Дробышево в 1956 году Таткало В.М. поступил в Высшее Военно-Морское инженерное ордена Ленина училище им. Ф.Э. Дзержинского в г. Ленинграде.

Через несколько месяцев после поступления, его класс в полном составе был переведен в Третье Высшее Военно-Морское инженерное училище в г. Севастополе.

На тот момент система высших военно-морских инженерных училищ находилась на стадии формирования и перекрестный перевод курсантов разных факультетов из одного Училища в другое широко практиковался[1]. В период с 1955 по 1957 год из обоих военно-морских инженерных училищ ленинградской группы («Дзержинка» и Второе Высшее военно-морское инженерное училище в г. Пушкин) в Севастополь были переведены более 100 курсантов на разные курсы, в том числе 30 человек — в класс электриков. Одновременно 228 севастопольцев — курсантов паросилового факультета были откомандированы в ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского, где и закончили обучение в соответствии со своей специальностью. Переводы курсантов сопровождались одновременным переводом профессорско-преподавательского состава.

С 1956 года в Севастопольском высшем военно-морском инженерном училище открывается новая специализация для подготовки инженеров по эксплуатации атомных энергетических установок подводных лодок (АЭУ ПЛ). В 1958 году была проведена реорганизация училища с целью перехода к массовой подготовке инженеров по эксплуатации АЭУ ПЛ. Была упразднена курсовая система организации учебного процесса. Созданы два факультета, а также ряд кафедр по новым направлениям подготовки инженеров флота, в частности кафедра «Автоматического управления и контроля энергетическими установками подводных лодок» с лабораторией контрольно-измерительных приборов и лабораторией элементов систем автоматического регулирования.

В мае 1960 года Решением ГК ВМФ на базе специальных кафедр был организован факультет атомных энергетических установок подводных лодок.

Валерий Михайлович оканчивает Училище по специальности «автоматика и контрольно-измерительные приборы ядерных энергетических установок» и распределяется на Тихоокеанский флот. Торжественный церемониал производства их выпуска в офицеры с вручением кортика и погон инженер - лейтенанта состоялся в октябре 1961 года.

9 марта 1962 года лейтенант Таткало женится на студентке медицинского института Валентине.

Начало офицерской службы Валерия Михайловича являлось типичным для корабельного инженера бурного периода освоения Военно-морским флотом ракетно-ядерных подводных лодок с АЭУ. Его назначают командиром группы автоматики и телемеханики, а проще – киповцем АЭУ, атомной подводной лодки проекта 675, тактический номер К-189[1]. В его заведование входят системы управления и защиты (СУЗ) ядерных реакторов.

Офицерский состав экипажа идет «по большому кругу». С апреля 1962 года по январь 1963 года проходит обучение в составе экипажа в учебном центре в Обнинске. 25 ноября 1962 году в его семье пополнение – родился сын, которого назвали Валерой. В итоговом контроле подготовки экипажа принимали ученые Институт атомной энергии (ИАЭ). Валерий Михайлович отвечал по билету самому академику Александрову А.П., дважды (на тот период) герою Социалистического труда, будущему Президенту Академии наук СССР.

После окончания учебного центра с марта по июнь 1963 года экипаж проходит стажировку в 26-й дивизии атомных подводных лодок Тихоокеанского флота. Идет освоение и изучение материальную часть на лодках К-66, К-122 проекта 659.

Происходит доукомплектование экипажа моряками срочной и сверхсрочной службы. На должность командира второго дивизиона прибывает капитан-лейтенант А.А.Кривуля[2], С июля 1963 по август 1964 экипаж К-189 изучает материальную часть непосредственно своей лодки на судостроительном заводе  им. Ленинского Комсомола в Комсомольске-на-Амуре. Члены экипажа принимают активное участие в строительстве корабля, в проведении швартовных испытаний механизмов и оборудования, оказывают содействие в закрытии построечных удостоверений представителям военной приемки.

В августе 1964 лодка перешла из Комсомольска-на-Амуре в Большой Камень на достроечную базу ССЗ №199 — завод "Восток".

Как и положено боевой подруге, в это же время его жена с девятимесячным сыном прибывает к месту службы мужа.

В год и день 50-летия их свадьбы (именно сегодня 9 марта 2012 года) привожу стихи Валерия Михайловича, посвященные Валентине Федоровне. С одной стороны это тонкая лирика, а с другой концентрированная биография военно-морской семьи.

 

ВАЛЕ-ЖЕНЕ И БОЕВОЙ ПОДРУГЕ 
Что может быть лучше осенней природы?
Ты выйдешь в задумчивый сад,
Где так же неслышно, как годы,
Осенние листья летят.
На ветви им вновь не вернуться,
Для этого много преград.
И мы можем лишь оглянуться
 В весну или лето - назад.
Но память великое средство
Проводит всей жизни обзор:
В начале - военное детство.
 Сейчас - «перестройки» позор.
Меж нами; приморская стужа,
 Снега от камчатской пурги,
И первые плаванья мужа,
И первые сына шаги.
Работа в далеких поселках,
Не знавшая: день или ночь.
Уход даже с праздничной елки,
Чтоб снова кому-то помочь.
Все было: жара и морозы,
И видно таков наш удел –
Мешалась житейская проза
С романтикой мыслей и дел.
Те годы, как белые струги,
Уплыли. Круги по воде.
Но помним: друзья и подруги
 Всегда выручали в беде.
Но что ж пожелать тебе ныне?
С прозрачною ясностью снов.
И пусть будет больше на тонкой рябине
Желтеющих светло листов!
P.S.
Что в песнях поется, - проверено строго.
Но верить так хочется нам,
Что все ж удается рябинам немногим
Прижаться к высоким дубам.
Давно мы с тобою связали судьбины
 Без грома фанфарного труб.
И, если себя признаешь ты Рябиной,
Надеюсь, что я - это Дуб.

Практически год проводились государственные испытания корабля. Имели место частые выходы в море и большое количество стрельб, в первую очередь ракетных, что было вызвано необходимостью доводки различных "изделий" (в частности очень долго "не шли" ракеты П-6). В августе 1965 года лодка включена в состав Тихоокеанского флота и перешла к месту постоянного базирования в б. Павловского. Вошла в состав 26-й дивизии ПЛ. Сентябрь-октябрь 1965 — отработаны и сданы курсовые задачи. Экипаж стал перволинейным. Завоеван приз главкома ВМФ за ракетную стрельбу.

В сентябрь 1966 К-189 выполнила переход к новому месту базирования в п. Рыбачий на Камчатке. Включена в состав 45-й Дивизии ПЛ ТОФ. Ушла на первую боевую службу. На фото командир К-189 капитан 1 ранга Николай Данилович Удовиченко и командир БЧ-5 капитан 2 ранга Кривуля А.А.

В ходе службы на корабле первого экипажа сложился дружный коллектив, с оптимальным составом лиц разных темпераментов, но со схожими взглядами на мир, с высоким духом ответственности за свою профессиональную деятельность, с развитым чувством флотского братства. Они говорили, что могут автономно жить в любой обстановке любой точки земного шара, хоть на Северном полюсе, т.к. у них были специалисты по всем направлениям: врачи, учителя, инженеры и т.д.

Единодушно сослуживцы первого экипажа считают Валерия Михайловича душой и мотором коллектива.

Он нещадно гонял на баскетбольной площадке свое массивное тело, обильно обливаясь потом во имя победы команды экипажа. В футбольной команде упорно играл нападающим, хотя по фактуре быть бы ему защитником. Именно он был вдохновителем и организатором регулярных сборов ветеранов экипажа. По сию пору традиция «большого сбора» соблюдается, не смотря на то, что многих уже нет. Раз в два года по четным годам ветераны экипажа с семьями, не смотря на всевозможные проблемы, в том числе со здоровьем, собираются в Санкт - Петербурге. Ветераны помнят, что их командир Н.Д. Удовиченко завещал собираться до двух последних бойцов и они преисполнены уверенности в выполнимости этого завета.

Удовиченко Н.Д. очень тепло относился и к Валерию Михайловичу, как к земляку и вообще ко всем своим киповцам. Валерий Михайлович также любил своего командира. Вот стихи, написанные им через много лет после совместной службы.

Шли часы, бежали дни, летели годы;
Все как у других людей.
И вот в прекрасную и жаркую погоду
Тепло Ваш отмечаем юбилей!
65-лет! Припомнится немало
 Коль оглянуться в вереницу дней:
И мощные, тропические шквалы,
И дни тревог, и звонкий смех детей.
Все прошлое не выбросить из памяти,
Прекрасно Вами сыгран первый тайм,
 Худое все не сгинет в белой замяти
А лишь затихнет, как вороний грай.
Все доброе пусть будет вместе с Вами,
Не потеряется во времени дыму;
Вы выстояли и в воде и в пламени,
А высший орден - подтверждение тому.
Сегодня ж все собравшиеся тут
Официально выступают с заявленьем;
Что «не пропал Ваш ратный труд
и дум высокое стремленье!»
Не любим мы подхалимаж, не терпим лесть,
Но признаем здоровые идеи.
И вновь планируем собраться здесь
На Вашем, на 100-летнем юбилее.
 
с. Мозолиевка, 1993 год

Умение дружить, умение поддержать и спасать в тяжелую минуту – это всё качества Валерия Михайловича.

Была такая невеселая история. На корабле кто-то изъял два листа из секретной инструкции. Последний, кто брал ее у секретчика, согласно записи в карточке выдачи, был старпом. Обязанности секретчика исполнял друг Валерия Михайловича Артемов Александр Николаевич, который, обнаружил утрату листов случайно. Для ухода от больших неприятностей Артемов включил эту инструкцию на уничтожение и с кипой других секретных документов ее унесли с корабля в штаб дивизии. Сами листы выпасть из документа ну ни как не могли. Скрепленные стальными скобками листы, проклеенный дерматином корешок исключают такую возможность. Значит, имел место злой умысел. Артемов не проконтролировал уничтожение сданных им документов. Надеясь на благополучный для себя исход, улетел в отпуск, в Ленинград. Но кто-то доложил в особый отдел об этом факте (не даром же вырывались листы!) и Александра Николаевича срочно отозвали на службу. Не отгуляв и малой толики заслуженного отпуска нужно лететь обратно на другой край страны - в Большой камень. Валерий Михайлович, разведав обстановку, позвонил Артемову в Ленинград и подсказал, каким рейсом ему следует лететь, чтобы избежать «теплых объятий» особистов уже в аэропорту  с последующей изоляции от товарищей. Прежде всего, нужно было встретиться с сослуживцами и между собой выработать линию защиты.

На суде офицерской чести, которым судили Артемова за утрату секретов, Валерий Михайлович организовал выступление других офицеров и сам выступил с такой характеристикой своего друга, что его в пору нужно было не судить, а давать ему звание Героя Советского союза. В заключение выступил рубака-командир и также энергично защитил своего офицера. Приговор был весьма мягок и расплывчат - «общественный выговор». А могли и сослать на какую-нибудь ржавую посудину, лишив напрочь перспектив, или в тюрьму посадить или демобилизовать без каких-либо преференций. Компетенция судов офицерской чести была безграничной, а их решения не подлежали обжалованию. Создание параллельных правосудию органов для «исправления человека силами коллектива» в исторической перспективе по большей части дискредитировало себя. Суды чести и товарищеские суды часто не отражали общественного мнения и становились в руках командования инструментом влияния при расправе с неугодными.

Я сам был на волоске от суда чести за публичное высказывание о жульничестве в квартирном вопросе службой КЭЧ. Меня спасло то, что прежде чем обвинять должностных лиц я провел скрытно самостоятельное детальное расследование. А вот идущий по моим следам офицер, использовавший только слухи и не сумевший подкрепить свои слова документами, был осужден судом офицерской чести за клевету и сослан в назидание всем желающим установить справедливость на плавучие ремонтные мастерские.

Инициаторы провокации, приведшей к суду над Артемовым, преследовали цель снять с должности с понижением старпома и помощника командира. В результате дружной защиты офицерами экипажа своих боевых товарищей акция была сорвана: старпом был назначен с повышением командиром лодки, а помощник вырос до старпома. Много ли вы вспомните так удачно завершившихся дел с секретами? Может здесь стоит говорить о круговой поруке? Может быть и да, только круговая порука не такая уж плохая черта нашего народа. Сам факт «подставы» отвратителен, и он имел место наряду с героическими ратными делами в те героические времена. Шила в мешке не утаишь. Со временем стало известно лицо, свершившее эту подлость.

Однажды тот же самый Артемов, киповец ГЭУ, залез по делу в чрезвычайно тесную выгородку бустерного насоса[1] конденсатно-питательной системы и … застрял вниз головой. Попытки самостоятельно выбраться только усугубляли ситуацию. Выручил Валерий Михайлович, который аккуратно, как мостовой кран, за ноги вынул товарища из выгородки. На проводах Валерия Михайловича в последний путь, Саня Артемов сумел сказать одну фразу, с силой преодолев ком в горле: «Валера – третье мое плечо и будет со мной всегда». Это переложение слов из песни к кинофильму «Путь к причалу».

Для Валерия Михайловича первый экипаж ПЛАРК «К-189» был незабываем, как первая любовь. Отсюда стихи, посвященные ему. Привожу их полностью, т.к. это прямая речь нашего героя, очень ярко его характеризует, показывает пройденный путь, жизнь молодых флотских офицеров.

Моя любовь - мой первый экипаж.
Когда порою мне бывает худо,
Когда тоска подступит так, хоть плачь,
Тебя я вспоминаю, словно чудо.
Мы были молоды, мы все могли принять:
От поцелуя женского до пули,
Умели пред бедой не отступать,
Перед начальством головы не гнули.
В штормах, в походах возмужали мы
Мы месяцами дома не бывали,
Но свято чтя достоинство страны,
Романтикою службу принимали.
И радость неподдельная была,
Когда, ракеты уложив по целям,
Мы собирались у чьего-нибудь стола
 И под вино разгульны песни пели.
В морях по дому тосковали мы,
Но не было счастливей нас в округе,
Когда мы шли от службы кутерьмы
К нас верно ждавшим, боевым подругам.
Спасибо им, им до земли поклон.
Они могли в жару, и в дождь, и в стужу,
 Неся невзгоды, что в тени погон,
Слезу укрыв, улыбкой встретить мужа.
 Стареем мы под жизни быстрый лет,
 Кто служит, кто на пенсии почтенной,
Но, если Родина в тревоге позовет,
В строй встанет экипаж Удовиченко.
И вновь турбины провернут винты,
И вновь в объятья примут нас глубины...
Романтики, покуда, живы мы,
Ни молодость, ни Флот нас не покинут!
Когда за честь вступаю с кем-то в драку,
В кювет ли тянет жизненный вираж,
Я вспоминаю: как он шел в атаку
Моя любовь - мой ПЕРВЫЙ ЭКИПАЖ!
 
***
"Стою на родимом причале 
О, как я устал, позади
Надежды как лошади пали
На долгом и трудном пути"
 (В. Смирнов)
Пустынны родные причалы,
Лишь чайки всплакнут с вышины.
Здесь лодки когда-то стояли –
Защита Великой Страны.
На этих бетонных причалах
Звучала суровая речь,
Мужчины в промокших регланах
Весь мир уходили беречь.
Здесь молодость наша осталась,
 В глубины ушла навсегда,
Здесь с лодками мы распрощались,
 Когда наступила пора.
Не всем удавалось вернуться
(Далек и тяжел был наш путь),
И можно б назад оглянуться
И честно в глаза всем взглянуть.
На мертвые ж глядя причалы,
Я полнюсь сознаньем вины:
Мы вовремя не распознали
Угрозу для нашей страны.
Падению Флота не вычислить меры,
Позор не измерить страны,
Когда за прилавком стоят офицеры,
 На лом продают корабли.
И сердце неровно забьется в тревоге.
 Под ложь с высочайших трибун
Устало бредет по разбитой дороге
 Надежд поредевший табун.
Волками голодными ветры завоют,
 Шуршит поредевший ковыль...
И падают, падают, падают кони
В траву; в придорожную пыль.
***
Но все ж открываю я двери
Навстречу туманному дню,
Но все-таки должен я верить
Во что-то, покуда живу.
Я верю в великое братство
Людей, знавших моря простор,
Что будет гореть, не погаснет
Сердец наших, светлый костер.
Я чту наших встреч годовщины,
Тянусь к нашей дружбы огню...
Свистящей, как ветер, лозиной
Последнюю лошадь гоню!

г. Ленинград, 1996 г.

 
Экипажу ПЛАРК К-189 к «Встрече - 2000»
Не только год - тысячелетье на исходе.
Последний раз встречаемся мы в нем.
Отставив разговоры о погоде,
Мы в прошлое немного заглянем.
Давайте вместе в ту посмотрим даль,
Где нас трепали штормы, ураганы,
Но корпусов не предавшая сталь
Нас сберегла в глубинах океана.
В тех днях свершений и тревог
Увидим сквозь туман, что зыбок,
Средь сотен пройденных дорог
Десятки сделанных ошибок.
Мы жизни терпкое вино,
не отрываясь, жадно пили,
Нас жены юные любили,
«Ведь были мы в краю гольцов
Не из последних удальцов».
На тех брегах наши следы
Давно уж океаном смыты,
Но нами соль морской воды
И слава Флота не забыты!
Сейчас другие времена.
Страна предательски распята,
Но наши ратные дела
И наша дружба будут святы!
Друзья! Прошу надежды тост
Граненным завершить стаканом:
«Россия вспрянет ото сна,
И на волнах всех океанов
Вновь вспыхнут наши вымпела!»

Октябрь 2000 года.

Командир К-189 Удовиченко Н.Д. придерживал в экипаже несколько лет для пользы дела толкового киповца капитана-лейтенанта – инженера Таткало В.М., притормаживая его перемещение на повышение. Однако в 1966 года сам предложил перейти на другую ПЛА с повышением. Это была должность командира электротехнического дивизиона БЧ-5 на «К-116» проекта 675. На этой должности Валерий Михайлович прослужил до августа 1969 года.

Эта лодка знаменита тем, что совместно с ПЛА К-133 впервые в мире в 1966 году совершила переход через два океана - Атлантический и Тихий с Северного флота на Тихоокеанский флот южным маршрутом через пролив Дрейка без всплытия в надводное положение. К-116 - первая лодка в условиях мирного времени, которой в 1968 году было присвоено звание "Гвардейская".

В сентябре 1967 года во время перехода в районе экватора на ПЛА вышли из строя холодильные машины. Значительная часть личного состава получила тепловые удары. ПЛ всплыла в надводное положение, через два часа вентилирования в атмосферу температура в энергетических отсеках продолжала оставаться в пределах 60-75 градусов Цельсия. Валерий Михайлович, на что здоровый мужик и то с огромным трудом поднялся на мостик после всплытия. Для уменьшения тепловыделения была выведена из действия ГЭУ правого борта. В результате повышенной температуры и влажности часть механизмов и оборудования вышла из строя. ПЛА получила приказание вернуться в базу. На помощь были направлены три надводных корабля с группой специалистов, которым удалось установить причину срыва работы холодильных машин. 18 сентября была введена в действие носовая холодильная машина. В базу ПЛА вернулась самостоятельно в надводном положении 20-го сентября.

В период с 1966 год по 1969 год лодка совершила пять автономных походов на боевую службу общей продолжительностью 278 суток и провела два боевых дежурства.

В связи с планируемым в 1969 году убытием К-116 на судоремонтный завод в средний ремонт и для перезарядкой активных зон реакторов командование предложило Валерию Михайловичу повышение по должности, что требовало еще раз пройтись по «большому кругу». Он был назначен командиром БЧ-5 крейсерской подводной лодки с баллистическими ракетами второго поколения К-389 проекта 667А[1]. Это был четвертый корпус подводного ракетоносца данного проекта, построенный на судостроительном заводе им. Ленинского комсомола в г. Комсомольск - на - Амуре.

Валерий Михайлович с семьей прибыл в г. Палдиски, где в течение года проходил подготовку его новый экипаж. У него был план подготовить экипаж, принять корабль в состав КТОФ, подготовить себе замену и в 1973 году поступать в Военно-морскую академию. Но в те годы ужесточили неожиданно возрастной ценз для поступающих, срезав его с 35 лет до 33 лет.

-Саня, пролетели мы с тобой с Академией как фанера над Парижем – сказал Валерий Михайлович своему другу.

Из воспоминаний Валерия Михайловича[2] и рассказов Артёмова А.Н. мы узнаем, что с 1975 году у него стал сбоить «мотор» - видимо не прошли бесследно ликвидация аварии ПЛА и напряженная корабельная служба. В последующим он заслуженно получит статус «Ветерана подразделения особого риска России». В связи с ухудшением состояния здоровья остро встал вопрос ухода из плавсостава. Была еще одна весомая причина – не сошлись характерами две ключевые фигуры корабля: командир ПЛА и командир БЧ-5.

Ко всему прочему можно с полным основанием считать, что гражданский долг по служению Родине «на передовой» исполнен: за плечами 15 лет интенсивной и добросовестной службы на ПЛА первого и второго поколений, причем семь лет в должности командира БЧ-5. 11 лет службы прошли на Камчатке.

 Кадровые органы не предлагали чего-либо стоящего, поступать в Военно-морскую академию было уже поздно из-за возрастного ценза и Валерий Михайлович стал искать место службы на берегу самостоятельно.

Замечательный послужной список офицера-подводника делал его кандидатуру подходящей для многих видов деятельности во многих Учреждениях. У него есть все данные для работы и преподавателем и научным сотрудником: полученная бесценная квалификация по работе с людьми, получен опыт обучения и воспитания подчиненных, накоплены большие знания и навыки испытаний, приемки, эксплуатации и боевого использования систем и устройств атомных подводных лодок.

Главным камнем преткновения было отсутствие жилья в Москве или Ленинграде, где сосредоточены основные научные и учебные учреждения военно-морского флота. Например, из приказа о назначении Валерия Михайловича в НТК ВМФ[3], сам Главком ВМФ вычеркнул его кандидатуру, как немеющего жилплощади в Москве.

В результате двухгодичных хлопот в начале 1977 года состоялось его назначение в в/ч 45707.

Сдавая дела и обязанности, прощаясь с экипажем и друзьями на Камчатке Валерий Михайлович прощался и с Океаном.

Я видел Океан, истомлённый жарой,
Охваченный сонною негой,
Я видел его и осенней порой,
И засыпаемый хлопьями снега.
Я видел его и в бури и в штиль,
Днём и ночью, зимою и летом,
С ним связаны тысячи пройденных миль,
Океан меня сделал поэтом.
И покуда живу, и покуда дышу
 Океанский простор не забуду.
Его шум, его запах я в сердце ношу,
Он со мною - ВЕЗДЕ И ПОВСЮДУ!

Мне кажется символичным служба Валерия Михайловича на подводных ракетоносцах: корабли и он внешне и по содержанию соответствовали друг другу своими неординарными габаритами и мощью. Еще несколько стихов, посвященных походам и Тихому океану.

Мы в океан ныряли, как в окоп,
Но никакие тучи не мешали.
Заглядывать ночами в перископ,
 Созвездиям обоих полушарий.
Товарищ!
И в радости помни, и в буднях и в горе,
Пусть даже тоска донимает порой,
Что все-таки: «МОРЕ ОСТАНЕТСЯ МОРЕМ,
 А НАМ ОСТАВАТЬСЯ НА ВАХТЕ С ТОБОЙ!»
***
Наш долог путь, гудят турбины.
Ракеты дремлют в шахтах грозно.
 Лишь изредка в отсеки хлынет
Сквозь РКП* соленый воздух.
Но знаем: где-то есть вулканы,
Часы там медленней идут,
И нашу лодку с Океана
Там жены терпеливо ждут.
Чтоб небо оставалось синим
А солнца не закрыла тень,
Чтоб ночь была на Украине,
 Не видим неба сотый день.
***
Не знаю я, чем объяснить,
Но человек, не видя неба
 Перестает спокойно жить,
Не ощущает вкуса хлеба,
И много думает о нем -
Об этом небе голубом.
О нем: о светлом, хмуром, синем.
О темной ночи вышине,
О тех ночах на Украине,
Где мы бродили в тишине.
Мы шли с тобой в руке - рука,
А ночь была так коротка...

 

* РКП – устройство работа компрессоров под водой

В в/ч 45707 Валерий Михайлович прослужил 15 лет, ровно столько же, сколько на действующем флоте.

Новое дело только разворачивалось и, не умоляя заслуг его коллег-соратников, это дело, безусловно, во многих аспектах развито и продвинуто энергией и талантом Валерия Михайловича.

В феврале 1980 года Валерий Михайлович назначается на должность старшего преподавателя, получает воинское звание «капитан 1 ранга - инженер», а с 1985 году становится начальником кафедры. Из рукописи «Путь на кафедру» мы  от непосредственного участника узнаем о содержании деятельности кафедры на первых порах, о распределение обязанностей между преподавателями и проблемы организации учебно-воспитательного процесса. Это избавляет меня от пересказа.

Мне в начале 80-х годов приходилось взаимодействовать с Юрловым Юрием Ефремовичем, преподававшим электрооборудование, поскольку НИУ ВМФ подряжало его на проведение межведомственных испытаний опытных образцов. Потом на кафедру пришел Галактионов Евгений Федорович, с которым я был знаком. Я интересовался у них обстановкой на кафедре, поскольку задумывался сменить место службы. Обстановка была напряженной. К середине 80-х годов текучесть кадров была высокой не только за счет естественного ухода в запас по возрасту (Лугов О.А., Почекаев Ю.В.), но и за счет осмысленных решений. Юрлов Ю.Е. ушел преподавать в ВМА им. Н.Г. Кузнецова., Прасников Б.Д. – в ВВМИОЛУ им. Ф,Э, Дзержинского начальником факультета, Семенов Е.Г. – стал зам командира по технической части, Сытин А.А. уволился до срока с целью высвобождения времени для творчества. На кафедру пришло молодое пополнение из числа выпускников Академии, 6-х Высших офицерских классов, а также с действующего флота.

Насколько я понял из общения с сослуживцами Валерия Михайловича по кафедре, его стиль руководства был весьма демократичным, уважительным и к офицерам и мичманам. Это относилось к тем, кто добросовестно исполнял свои обязанности. Но вот к разгильдяям и лентяям он умело применял меры административного воздействия, о чем мне жаловался Галактионов Е.Ф. Евгений Федорович частенько уклонялся от выполнения служебных обязанностей в связи с участием в шахматных турнирах, в то время как работы на кафедре было непочатый край.

В те годы для приема учебных задач БП у экипажей перед их отправкой на флот существовал учебный штаб. Электромеханическую службу в этом штабе возглавлял Таткало В.М.

На советском ВМФ зачастую водилось так – денег у государства хватало только для строительства корабля, а на его инфраструктуру, которая по идее должна предварять появление корабля, денег не было. Деньги выделялись потом, со значительным отставанием. Что называется – горчица после ужина! Это касалось содержания корабля в базе, жилья для семей членов экипажа, тренажеров и материальной части для центров подготовки. Хотя в в/ч 45707 по ряду вопросов было бы грех жаловаться на отсутствие финансирования по сравнению с другими направлениями кораблестроения, но также получилось отставание инфраструктуры – АГС были «под парами», а ТТЗ на тренажеры только разрабатываются. И достаточно долго операторская подготовка энергетиков проводилась на холодных пультах, нарисованных художником Сытиным А.А.

К 1992 году подходит к завершению служба Валерия Михайловича в ВМФ. Наступили времена, что называется, «смутные». Развал СССР не мог не ударить по сердцам людей, отдавшим его защите свои лучшие годы жизни. Переживания Валерия Михайловича мы читаем во многих его стихах.

За свою героическую службу он награжден орденами " За службу Родине " в Вооруженных силах СССР III степени в 1975 году, орденом " Почета " в 1990 году, а также 11 медалями.

Прощаясь с частью при увольнении, Валерий Михайлович накрывал стол для командования части, для своих офицеров. Накрыл красиво стол в своем кабинете и пригласил на «рюмку чая» отдельно начальников других кафедр. Меня также пригласил как сменщика. На этом мероприятии им были сказаны очень важные для меня слова: «Это очень здорово, когда у тебя есть взрослый сын. Какие бы небыли сложности и проблемы в ходе его роста и воспитания, радость отца от общения с сыном-мужчиной не передать словами». У меня в семье в тот момент были сложности с сыном. Теперь под словами Валерия Михайловича подпишусь на основе личного опыта. С сыном Валерия Михайловича Валерой я познакомился недавно. Хотя он просил не идентифицировать его с отцом, у него кроме фамильной внешней схожести есть еще качества характера, схожие с отцовскими. Мне понравилась Валерий Валерьевич своей инициативностью в поисках новых направлений в бизнесе. По всему видно, что воспитание в семье военного моряка, Нахимовское училище, потом ВВМУПП им. Ленинского Комсомола и дальнейшая служба на ПЛА на Камчатке не прошли бесследно. Желаю ему всяческих успехов и удачи.

У Валерия Михайловича вырос внук Миша, которого он очень любил. Так что фамилия Таткало имеет гарантированное продолжение на многие годы.

На гражданке Валерий Михайлович не потерялся. Достаточно долго работал на Московском телефонном узле филиала ПТС ОАО " Северо- Западный телеком". Приступив к телефонии он, видимо, ощутил недостаточность или ущербность имеемой для нее нормативной-технической документации и, позвонив на кафедру, попросил достать для него старый знакомый документ, проверенный временем: «Правила эксплуатации электрооборудования кораблей ВМФ» (ПЭЭК-71), в котором полтысячи страниц, написанных кровью.

Свой досуг Валерий Михайлович занимал рыбалкой, путешествиями с семьей на машине, чтением книг. Память у него была хорошая. Он мог подробно и с деталями пересказать любую из прочитанных книг.

Он всегда приезжал на встречи с ветеранами и действующими офицерами кафедры. Уважение и соблюдений флотских традиций было безукоризненным. Он понимал важность сохранения истории кафедры как основу заложенных на ней традиций. Поэтому он написал очерк о своем пути на кафедру. Вот с кого надо брать пример ответственности и добросовестного исполнения своих служебных и гражданских обязанностей молодым офицерам.

Жалко, что рано ушел из жизни Валерий Михайлович. Безвременная кончина вырвала его из наших рядов 8 мая 2004 года.

Понимая близость своего ухода, он обратился к своим друзьям со следующими стихами.

Пришедшим проводить меня,
Не говорите слов печальных,
А посидите у огня
В суровом, как в войну, молчанье!
Наполните стакан зельем,
В глаза друг другу поглядите.
Не всё ведь поросло быльем –
Вы нашу юность вспомяните!
Как смело шли мы в толщу вод,
И как нам много в ней досталось.
Мы на плечах держали Флот,
Себе ж копили - лишь усталость.
И дальше здесь, на берегу
Всё к цели рвался я в тревоге,
Надеялся, что добегу,
Да вот - споткнулся по дороге.
Но вы не верьте в мой покой
На жизненной последней метки
Считайте, что я за рекой,
Я не вернулся из разведки.
***
Пришедшим проводить меня,
 Не говорите слов печальных...

Похоронен Валерий Михайлович со всеми воинскими почестями при большом стечении знавших, любивших и уважающих его людей в Петродворце.

Возможно, что жизнь ему сократили суровые годы службы и ситуации на подводных лодках. Ведь он вел здоровый образ жизни. Сам не курил и нещадно боролся с курильщиками табака.

В моей памяти навсегда останется образ этого мощного надежного человека, с густой шевелюрой седых волос, с широкой теплой ладонью и прямым взглядом синих глаз.



 

[1] К-389; [з/н 154]. 31.03.1969 г. зачислен в списки кораблей ВМФ 26.07.1970 г. заложен на заводе имени Ленинского комсомола (Амурский ССЗ) в Комсомольске-на-Амуре; спущен на воду 27.06.1971 г.; вступил в строй 25.11.1971 г.; 13.12.1971 г. включен в состав КТОФ; до 25.07.1977 г. относился к подклассу КрПЛ; с 20.06.1979 г. по 23.03.1980 г. прошел на заводе «Звезда» в пос. Большой Камень капитальный ремонт; 19.04.1990 выведена из состава ВМФ в связи со сдачей в ОФИ для демонтажа и утилизац

[2] Таткало В.М. «Мой путь на кафедру», рукопись, 1994 го

[3] НТК ВМФ - Научно-технический комитет ВМФ, в задачу которого на тот период входила разработка  проектов основных направлений развития кораблей, вооружения и техники ВМФ на перспективу, проекты пятилетних планов по выполнению фундаментальных и поисковых исследований Академией наук и высшей школой, по проведению предприятиями военно-промышленного комплекса научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по вооружению и военной технике ВМФ, по проектирования и строительства опытных, головных и экспериментальных кораблей ВМФ.


 

[1] пароструйный вакуумный насос, служащий для создания вакуума в главном конденсаторе, применялся в ПТУ данного проект


 

[1] Десятая дивизия подводных лодок Тихоокеанского флота. Люди, события, корабли. - Санкт-Петербург, 2005. Специальный выпуск альманаха Тайфун. В.А.Зуйков. Атомная подводная лодка К-189 пр.675 (К-144 пр.675МК)

[2] А.А.Кривуля в последующем станет механиком этого парохода, уйдет с этой должности в ВМА им. Крылова А.Н., откуда будет назначен в НИУ ВМФ. Там пройдет славный путь до крупного ученого, начальника Управления. Александр Анатольевич на сегодня - старший научный сотрудник ФБУ «1 ЦНИИ Минобороны России», доктор технических наук, капитан 1 ранга в отставк


 

[1] СВЕТ ПОГАСШЕЙ ЗВЕЗДЫ. Хроники Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища, Москва, 2005 год, Автор текста С.Я. Чупрынин. Редакционный совет: Н.С. Соломатин, Г.И. Плакся, В.Н. Пучков, Ю.А. Го


 

[1] Таткало В.М. Сборник стихов "Избранное" - Севастополь: Издательство ООО "Эксперт-Крым", 2006.


Copyright © 2012